§ Широкогоровы §
toggle menu

Краткий отчет о деятельности в 1917-1919 гг.

сверхшт[атного] младш[его] антрополога Музея антропол[огии] и этнографии С.М. Широкогорова

Публикуется по изданию: С.М. Широкогоров. Избранные работы и материалы, Книга 1., Владивосток, Издательство Дальневосточного университета, 2001.

24 октября (ст[арого] ст[иля]) 1917 г. я в сопровождении Елизаветы Николаевны Широкогоровой [1], командированной в помощь мне Русским Комитетом для изучения Средней и Восточной Азии [2], выехал из Петрограда в Пекин. По прибытии в Пекин 24 ноября (нов[ого] ст[иля]), при содействии драгомана Миссии Н.Ф. Колесова [3] и преподав[ателя] Школы Русского Языка Я.Я. Брандта [4], я после долгих поисков нашел манджура, владевшего своим языком. Манджур оказался родом из Илийского края, где манджурский язык по настоящее время является господствующим языком. С манджуром я продолжил начатый ранее мною перевод манджурской эпопеи, записанной мною в Хэйлундзянской провинции в 1916 году [5], а одновременно с этим приступил к переводу некоторых манджурских сказок, записанных там же, а также к некоторому усовершенствованию в литературном языке, не оставляя в то же самое время начатых уже переводов тунгусских сказок и шаманских текстов и составления словаря к ним. Вместе с указанным манджуром я посещал книжные магазины и рынки Пекина в надежде найти неизвестные до сих пор произведения манджурской литературы. В отношении книг и рукописей, интересовавших меня, Пекин оказался весьма беден. Попадаются в значительном количестве приказы и распо-ряжения различных ямунов, грамоты сановникам и эстампажи с памятников, но приобрести их возможно лишь по весьма высоким ценам, т[ак] к[ак] они приобретаются в качестве редкостей не только лицами, владеющими манджурским языком, но и лицами, не знающими даже манджурской азбуки. Из знакомства с пекинскими манджурами мне пришлось убедиться, что они не только не знают своего языка, но даже читают с чисто китайским произношением и чаще ассоциируют не фонетически, а зрительно, как китайские иероглифы. Пришлось даже встречать таких манджуров, которые написанные по-манджурски слова читали как иероглифы, называя их китайскими словами, т[о] е[сть] имея перед глазами, например, {пример написания слова, см. примечание} читали, — ЖИН и т.д. [6]. Обозрение храмов, музеев, дворцов и лавок антикваров, посещение китайских жилищ в окрестностях и в самом городе были весьма полезны в отношении усвоения этнографии северной Манджурии. Попутно я знакомился с некоторыми этнографическими чертами китайцев и укладом их жизни, поскольку это было возможно без знания китайского языка.

Находясь в Пекине, мы не теряли надежды с наступлением теплого времени снарядить экскурсии в посещенные уже нами места в Манджурии, а также распространить наши исследования в пределы Приморской области и Сахалина. Условия политической неустойчивости и смена русских властей как в Манджурии, так и в русских областях не позволили нам осуществить эти предположения, а когда имевшиеся у меня деньги начали приходить к концу, мне пришлось 21 мая 1918 г. покинуть Пекин и переехать сначала в Харбин, а затем во Владивосток.

К моменту моего прибытия во Владивосток в конце июля там находилось несколько лиц, занимавших академические должности в высших учебных заведениях России [7], а также прибыл из Индии А.М. Мерварт [8], командированный Академией наук для изучения туземных языков Индии. Указанная группа лиц совместно с профессорами Восточного института [9] решила открыть во Владивостоке частный Историко-Филологический Факультет [10], как один из факультетов будущего Госуд[арственного] Дальневост[очного] Университета [11]. По создании учредительного Комитета, в который кроме указанных лиц вошли также некоторые местные общественные деятели, я был избран председателем его, а по открытии факультета принял на себя чтение курсов по археологии и этнографии Сибири и был избран редактором научного органа факультета [12]. Весною 1919 г. было закончено составление проекта учреждения Госуд[арственного] Университета, в котором было обращено специальное внимание на развитие изучения Сибири и предполагалось открыть новое отделение Сибиреведения. Большая часть проекта была составлена мною, и ходатайство об учреждении Университета было поручено провести в Омске [13] мне. Летом того же года проект был представлен в Мин[истерст]во Нар[одного] Просв[ещения], во главе которого в то время стоял фактически Н.И. Палечек [14], автор проекта преобразования университетов и расширения их сети в бытность министром гр[афом] Игнатьева [15]. Проект, как отвечающий общему плану, был встречен весьма сочувственно, но проведение его в жизнь было задержано последовавшими осенью событиями.

За 1918-1919 гг., несмотря на громадные технические затруднения, мне удалось выпустить в свет первый том «Ученых Записок». К осени 1919 г. факультет должен был пополниться рядом опытных университетских деятелей, оставивших Казань и Томск. Считая, что факультет обеспечен средствами, популярностью и наличным составом, что проект разработан и одобрен авторитетными руководителями высшего образования и, следовательно, вопрос об учреждении Университета из стадии предположения перешел уже в стадию осуществления, я полагал, что будущее нового учреждения обеспечено. Организационная работа, изыскание средств для факультета, а особенно чтение лекций поглощали большую часть времени и, не являясь в то же самое время деятельностью, в которой я считал себя достаточно подготовленным, заставили меня еще в феврале 1919 г. просить Комитет освободить меня от несения обязанностей председателя, когда по моему мнению факультет был уже достаточно крепок и мог продолжить свое существование без моего участия. Тем не менее тогда мне не удалось освободиться от несения обязанностей председателя и лишь в декабре 1919 г., когда прибыло достаточное количество опытных деятелей, я решительно отказался от дальнейшего участия, тяготясь обязанностями, которые я не мог считать соответствующими моей подготовке и наклонностям, и полагая, что только случайные условия вынудили принять на себя выполнение обязанностей, превышающих несомненно мои силы.

К этому времени подготовительная работа, которую я вел в 1919 г. по организации Дальневосточного Отделения Института Исследования Сибири, была закончена и на краевом съезде представителей ученых обществ, высших учебных заведений и учреждений, занимающихся исследованием Края, был избран 21 декабря личный состав отделения. Директором отделения был избран я, членами геолог Э. Э. Анерт [16], М.М. Каменский [17] |быв[ший] астроном Пулковской обсерватории|, проф[ессор] Н.В. Кюнер [18] и путешественник полк[овник] В.К. Арсеньев [19]. Деятельность по Институту Ис[следования] Сибири более соответствовала моей подготовке и наклонностям, и, будучи избран директором Отделения, я счел себя обязанным посвятить все свое время новой деятельности. Это учреждение по моей мысли могло заменить собой тот объединяющий орган, в котором нуждался Дальний Восток еще до начала войны. Ознакомление с условиями деятельности ученых обществ и отдельных лиц, командированных из научных центров, показывало, что отсутствие объединения приводит к повторению работы и расходованию энергии на изучение уже изученного. В 1916-17 гг. по моей инициативе возникла мысль о создании объединенного учреждения, которое должно было встать под руководство Академии Наук, но последовавшие события прервали эту работу, и она снова возобновилась в форме организации Дальневост[очного] От[делен]ия. Эти соображения побудили меня принять деятельное участие в подготовительных работах, но когда Отделение было уже сконструировано и открылась возможность развития научной деятельности, вновь изменившееся положение общеполитическое лишило меня возможности воспользоваться плодами предыдущей работы, и я выехал из Владивостока в Японию, где и нахожусь в настоящий момент.

По выезде из Владивостока я посетил Южную Манджурию и Корею, где провел около трех недель.

За время пребывания во Влад[ивосто]ке я не оставлял мысли снарядить небольшие экспедиции с научной целью, но неблагоприятные внешние условия и недостаток средств не позволили мне оставить Владивосток. По мере возможности за время пребывания во Влад[ивосто]ке я приводил в порядок собранные наши материалы в предыдущие экспедиции, предполагая при первой возможности опубликовать то, что будет подготовлено.

За истекшее время я перевел и снабдил примечаниями приблизительно две трети всех записанных мною тунгусских сказок и шаманских текстов (около 250 печатных страниц составит), значительную часть манджурских сказок и текстов и совместно с проф[ессором] П.П. Шмидтом [20] приступил к обработке моего перевода манджурской рукописи «Нишан саман», имея в виду издать этот интересный памятник, не ожидая восстановления связи с Петроградом. Слова, выбранные мною из тунгусских текстов и большей частью уже сведенные к корням, обнимают собою свыше 20000 карточек. Весь этнографический материал перенесен на карточки и подготовлен к обработке Елизаветою Николаевною.

Наличие научного органа дало возможность мне напечатать, правда, по техническим условиям почти петитом, следующие работы:

1. «О методах разработки антропологических материалов.» стр. 20 [21].

2. «Опыт исследования основ шаманства у тунгусов». стр. 62 [22].

3. «В.В. Радлов». стр. 4 (краткий некролог) [23].

Елизавета Николаевна опубликовала:

«Северо-Западная Манджурия. Географический очерк на основании маршрутных наблюдений.» стр. 48 [24].

Кроме того, в большой степени принадлежат мне:

«Отчет о деятельности Комитета по учреждения Историко-Филологического Факультета в 1918 г.» стр. 40 [25].

«Дальневосточный Государственный Университет в г. Владивостоке». стр. 40 (проэкт) [26].

При отъезде из Владивостока по техническим условиям я не имел возможности увезти с собой наши материалы, рукописи и словарь и просил директора Восточного Института принять их на хранение. Около двух месяцев я домогаюсь получить их в Японию, но до сих пор пока безуспешно. Таким образом, я, будучи лишен материалов, не могу собою располагать вполне свободно и продолжать их обработку, если условия материального существования позволили бы это сделать.

Первые 10 месяцев по выезде из Петрограда я был обеспечен деньгами, внесенными мною Музею Антропологии и Этнографии и переведенными мне в Пекин в иностранной валюте, — 625 фунтов стерл[ингов]. Следующие 16 месяцев я получал гонорар за чтение лекций на Ист[орико]-Фил[ологическом] Фак[ульте]те [27] и содержание по временному исполнению обязанностей в ведомстве Мин[истерст]ва Ин[остранных] Дел [28], и в настоящее время я ни средств, ни содержания ниоткуда не получаю и нахожусь в некотором денежном затруднении, способов выхода из которого пока определить еще нельзя. Разобщенность и медленность сношений с Европою и полная неизвестность, куда и к кому я должен обратиться, еще более затрудняют создавшееся для меня положение.

Будучи в Пекине, я получил две телеграммы от покойного В.В. Радлова и поспешил на них ответить. Там же я получил два письма от Н.И. Конрада [29], из которых я мог все-таки составить некоторое представление о том, что делается в Музее. После этого я получил одно письмо от Б.Э. Петри [30], находившегося в Иркутске и сообщившего мне о смерти В.В. Радлова. Кроме этих сведений я ничего не получал и не надеялся, что мои сообщения могут дойти по назначению. Теперь я пользуюсь случаем, чтобы отправить это письмо, но далеко не уверен, что оно будет получено своевременно.

С. Широкогоров.

Япония, г. Кобе, 10 мая 1920 года

1. Широкогорова (урожденная Робинсон) Елизавета Николаевна (1884-1943) — жена, спутник и верный помощник С.М. Широкогорова в его жизни, научных экспедициях и трудах. Пианистка, давала уроки, выступала с концертами.

2. Русский комитет для изучения Средней и Восточной Азии в историческом, археологическом, лингвистическом и этнографическом отношениях был создан по инициативе академика В.В. Радлова в 1903 г. для спасения памятников старины и для помощи отечественным и зарубежным ученым в организации экспедиций и исследований. Идея его создания была одобрена ХП конгрессом ориенталистов в Риме в 1900 г. как подразделения Международного Союза для изучения Средней и Восточной Азии. На ХШ конгрессе в Гамбурге в следующем году был утвержден проект устава. Председателем Комитета стал акад. В.В. Радлов, секретарями акад. В.В. Бартольд и Л.Я Штернберг. Комитет издавал «Известия Русского Комитета для изучения Средней и Восточной Азии».

3. Колесов Николай Федорович (1867-?) — русский дипломат, синолог. Обучался в гимназии церковного Реформаторского училища (1878-1885), на китайско-маньчжурско-монгольского разряда факультета восточных языков Императорского Санкт-Петербургского университета (1885-1889). С 1893 г. в Китае последовательно был студентом при посольстве, вторым и первым драгоманом, генеральным консулом Российской миссии в Китае.

4. Бранд (Брант) Яков Яковлевич (1869-1946) — российский синолог. Обучался в саратовской гимназии (1880-1888), на китайско-маньчжурско-монгольском разряде факультета восточных языков Императорского Санкт-Петербургского университета (1888-1892). Профессор Китайского института русского языка и литературы в Пекине. Заведующий Пекинским отделением КВЖД. Общество русских ориенталистов в 1909 г. издало его работу «Вдовствующая императрица Цыси и император Гуан-сюй», печатался в журнале «Вестник Азии», в 30-е гг. в журнале Тяньцзиньских китаеведов «Вестник Китая». Основные труды: Самоучитель китайского письменного языка. Т. 1. Пекин, 1914. 417 с; Самоучитель китайского разговорного языка. Ч. 1. (вып. 1-Х). Пекин, 1908-1911. 417 с.; Образцы китайского официального языка с русским переводом и примечаниями. Ч. 1. Пекин, 1910. 154 с.

5. Очевидно, речь идет о переводе маньчжурского эпоса о шаманке Нишань. Известно, что С.М. Широкогоров записал этот эпос и работал над его переводом. В этом ему помогали грамотные маньчжуры и проф. П.П. Шмидт.

6. С.М. Широкогоров в качестве примера написал по-маньчжурски слово, обозначающее человек (по принятой в настоящее время международной транслитерации nylma, по старой русской - нялма). Пекинские маньчжуры, видя написанное по-маньчжурски слово человек, тем не менее читали его не по-маньчжурски нялма, а как китайский иероглиф жэнь, т.е. человек (в написании С.М. Широкогорова жiн). За консультацию по данному вопросу благодарю К.С. Яхонтова.

7. Здесь и в дальнейшем С.М. Широкогоров имеет виду российских ученых, двинувшихся в период революции и гражданской войны в Сибирь, на Дальний Восток и особенно в г. Владивосток. Среди них находилось немало крупных специалистов в различных областях знаний. Назову несколько имен. Петр Петрович фон Веймарн (1879-1937) — выпускник Императорского Санкт-Петербургского горного института (1908), приват-доцент Императорского Санкт-Петербургского университета (1910-1916), ректор Уральского горного института (1917-1919). В 1919 г. переехал из Екатеринбурга во Владивостокский политехнический институт, где стал деканом горного факультета, ректором. С 1922 г жил и работал в Японии. Максим Кондратьевич Елиашевич (?-?) — профессор кафедры кристаллографии Уральского горного института (1917). Профессор той же кафедры Владивостокского политехнического института (1919). В 1920-е гг. эмигрировал в США. Виктор Петрович Бажанов (1883-1937) — выпускник Военно-инженерной академии в Санкт-Петербурге (1909), был за границей, затем служил в Царской, Белой и Красной армиях. С 1919 г. — во Владивостоке, с 1921 г. — доцент Владивостокского политехнического института, потом Государственного Дальневосточного университета; кандидат технических наук (1935), в 1938 г. арестован. Евгений Иванович Любарский (1870-?) — выпускник Императорского Казанского университета (1894), с 1914 г. — доцент, профессор Уральского горного института, с 1919 г. — профессор кафедры химии Владивостокского политехнического института, потом Государственного Дальневосточного университета. С 1930 г. работал в Нижнем Новгороде. Александр Петрович Бекеев (1887-?) — выпускник Императорского Казанского университета (1912), оставлен при университете для подготовки к профессорскому званию по кафедре прикладной математики. В 1918-1920 гг. находился в Белой армии. С 1920 г. — доцент кафедры математики Владивостокского педагогического института, с 1923 г. — доцент Государственного Дальневосточного университета, потом и.о. профессора, заведующий кафедрой математики. Михаил Васильевич Абросимов (1891-1940) — выпускник Московского коммерческого института со званием кандидата экономических наук (1915), был оставлен при институте для подготовки к профессорскому званию. С осени 1917 г. находился в Омске, в 1921/1922 акад. году — доцент кафедры политэкономии Государственного Дальневосточного университета, с 1 марта 1920 г. — при Юридическом факультете в г. Харбине. Николай Арсеньевич Стрелков (1879-?) — философ, в 1904/1905 акад. году слушал лекции в Берлинском университете, студент историко-филологического факультета Императорского Московского университета (1908-1913). В 1920/1921 акад. году преподаватель Юридического факультета в г. Харбине, в 1921/1922 и 1922/1923 акад. годах — приват-доцент кафедры философии Дальневосточного государственного университета. С 1924 г. — преподаватель Юридического факультета в г. Харбине без поручения курса, вел занятия по социологии. Владимир Викторович Энгельгардт (1891-1937) — российский ученый, юрист. В 1913 г. окончил Императорский Санкт-Петербургский университет, оставлен при университете для подготовкн к профессорскому званию, слушал лекции в Берлинском университете. В 1917 г. выдержал в Санкт-Петербурге магистерские испытания по истории русского права. В 1918 г. — приват-доцент Томского университета, в 1918/1919 акад. году — исполняющий должность экстраординарного профессора Сибирского института сельского хозяйства и промышленности по кафедре административного права. В 1920/1921 акад. году — профессор Государственного Дальневосточного университета по этой же кафедре, 1921/1923 акад. гг. — профессор Пекинского института русского языка и юридических наук, с 1923 г. — заведующий кафедрой административного права Юридического факультета в Харбине, с 1929 г. — его декан. В 1925 г. перед Русской академической группой в Париже защитил магистерскую диссертацию. Автор работ по административному праву и праву народов Восточной Азии. Матвей Николаевич Ершов (1886-?) — профессор Казанской Духовной Академии, богослов, философ. В 1918/1919 акад. г. — профессор и декан Историко-Филологического факультета в г. Владивостоке, позднее — профессор Юридического факультета в Харбине. Мстислав Петрович Головачев (1893-1956) — приват-доцент Императорского Московского университета, специалист в области государственного и международного права. Автор раздела «Сибирь» в книге «Великая Россия. Географическое, этнографическое и культурно-бытовые очерки современной России», под общей редакцией Д.Н. Анучина. М. 1912. Во время гражданской войны занимался в Сибири политической деятельностью, один из идеологов областничества. Состоял профессором международного права в Государственном Дальневосточном университете. После переезда в Китай в Харбине занимался политической, издательской и преподавательской деятельностью, один из основателей Института ориентальных и коммерческих наук. В 1935 г. был выслан японцами из Харбина, поселился в Шанхае, где выступал как адвокат, занимался общественной деятельностью. В 1949 г. выехал на Филиппины, откуда в 1950 г. — в США. Валентин Александрович Рязановский (1884-1968) — российский ученый, юрист. После окончания Императорского Московского университета работал в Нижнем Новгороде и Ярославле, где в 1915 г. получил звания приват-доцента и профессора Демидовского юридического лицея. В 1918/1919 акад. г. — профессор Томского, в 1919/1920 акад. г. — Иркутского университетов. Затем переехал во Владивосток, где до 1922 г. состоял профессором Государственного Дальневосточного университета по кафедре гражданского права и процесса. С 1922 г. — профессор, декан Юридического факультета в г. Харбине, одновременно — начальник юридического отдела КВЖД. С 1938 г. — профессор университета в Сан-Франциско. Автор большого количества работ по гражданскому праву и процессу, обычному праву монголов и народов Сибири, китайскому праву. Член ряда зарубежных юридических обществ.

8. Мерварт Александр Михайлович (1884-1932) — российский советский этнограф. В 1914 г. вместе с женой Мерварт Людмилой Александровной (1888-1965) был командирован Русским Комитетом для изучения Средней и Восточной Азии и Музеем антропологии и этнографии имени Петра Великого Императорской АН в Индию и на Цейлон для сбора этнографических коллекций и проведения научных исследований. Выполнение этой задачей было затруднено начавшейся первой мировой войной. В 1918 г. супруги Мерварт вместе с коллекциями добрались до Владивостока, где в 1918-1922 гг. работали на Историко-Филологическом факультете и в Государственном Дальневосточном университете. После возвращения в Петроград А.М. Мерварт — ученый хранитель МАЭ, автор ряда работ по этнографии Индии, в 1930 г. был арестован по «делу АН СССР», осужден на 5 лет, срок отбывал в Усть-Печорском лагере. Умер в заключении 23 мая 1932 г.

9. Восточный институт в г. Владивостоке — первое высшее учебное заведение на Дальнем Востоке, основан в 1899 г. для подготовки «учащихся в нем лиц к службе в административных и торгово-промышленных учреждениях Восточно-Азиатской России и прилегающих к ней государств». Курс обучения в институте был 4-хлетний. Было четыре отделения: китайско-японское, китайско-корейское, китайско-маньчжурское, корейско-маньчжурское. В разное время в Институте преподавали А.М. и Д.М. Позднеевы, П.П. Шмидт, Н.В. Кюнер, А.В Рудаков, Н.И. Кохановский, А.В. Гребенщиков и др. В 1920 г. Институт вошел на правах факультета в Государственный Дальневосточный университет.

10. Историко-Филологический факультет — самостоятельное частное высшее учебное заведение, открыт в 1918 г. с целью дать возможность местной молодежи получать высшее гуманитарное образование, так как в условиях гражданской войны было невозможно выезжать в другие города страны. Летом 1918 г. был образован во главе с С.М. Широкогоровым Комитет по учреждению Историко-Филологического факультета в г. Владивостоке. Открытие его состоялось 21 сентября 1918 г. Деканом был избран проф. М.Н. Ершов. Обучение студентов проходило на кафедрах сибиреведения, сравнительного языкознания и санскрита, всеобщей истории, философии и педагогики, классической филологии, истории западноевропейской литературы, русского языка и литературы. Среди преподавателей были С.М. Широкогоров, Н.В. Кюнер, А.М. и Л.А. Мерварт, П.П. Шмидт, А.В. Гребенщиков, М.Н. Ершов и др. В 1920 г. Факультет вошел в состав Государственного Дальневосточного университета.

11. Государственный Дальневосточный университет был образован в 1920 г на базе ряда высших учебных заведений в г. Владивостоке, 16 апреля 1919 г. был учрежден Комитет по образованию университета во главе с С.М. Широкогоровым, возглавившим также Бюро по составлению проекта университета, 17 апреля 1920 г. Приморская областная земская управа (местное правительство) издала постановление об открытии во Владивостоке Государственного Дальневосточного университета. Первым ректором был утвержден проф. Г.В. Подставин.

12. Научный орган Факультета — Ученые записки Историко-Филологического факультета в г. Владивостоке — выходили в 1919 —1922 гг. (первые выпуски под ред. С.М. Широкогорова). В своем обращении «От редакции» он отмечал: «Вопрос об издании «Ученых записок» был выдвинут еще в момент зарождения Историко-Филологического Факультета. Совет Факультета полагал что издание научного органа в котором члены Факультета могли бы помещать свои научные работы, должно послужить одним из благотворных факторов для развития молодого учреждения, не успевшего еще создать традиции и тем более единое научное направление».

13. В 1918-1919 гг. в Омске находилось правительство Верховного правителя Российского государства А.В. Колчака. В Омск, в Министерство народного просвещения был передан на его рассмотрение проект создания университета во Владивостоке. Однако, министерство, принципиально одобрив идею учреждения университета, сочло преждевременным его немедленное открытие.

14. Палечек Николай Иосифович — вице-директор департамента Министерства народного просвещения в Санкт-Петербурге. Летом 1918 г. он в Омском правительстве адмирала А.В. Колчака занимал должность товарища министра народного просвещения.

15. Игнатьев Павел Николаевич — граф, в 1916 г. министр народного просвещения Российской империи.

16. Анерт Эдуард Эдуардович (1866-1946) — геолог, провел многочисленные экспедиции на Дальнем Востоке и в Маньчжурии, директор Дальгеолкома, член Дальневосточного отделения РГО во Владивостоке. В 1924 г. переехал в г. Харбин. Руководитель секции геологии Общества изучения Маньчжурского края, участник международных геологических конгрессов, член-корреспондент Германской АН, член многих научных организаций и обществ.

17. Каменский Михаил Михайлович (1879-?) — астроном и математик, римско-католического вероисповедания. В 1898-1903 гг. — студент физико-математического факультета Императорского Санкт-Петербургского университета. С 1 сентября 1903 г. оставлен при университете для приготовления к профессорской и преподавательской деятельности по кафедре астрономии и геодезии. С 1 января 1904 г. — сверхштатный астроном Николаевской Главной Астрономической Обсерватории. В 1909 г. перемещен преподавателем математики в Калужскую гимназию. В 1919 г. во Владивостоке он секретарь Бюро по созыву съезда по учреждению Дальневосточного отделения Института исследования Сибири.

18. Кюнер Николай Васильевич (1877-1955) — российский советский востоковед широкого профиля. После окончания факультета восточных языков Императорского Санкт-Петербургского университета был оставлен при университете для подготовки к профессорскому званию и отправлен для совершенствования знаний и сбора материалов в Китай, Корею и Японию. После возвращения в 1902 г. был назначен профессором Восточного института во Владивостоке. В 1909 г. защитил в Санкт-Петербурге магистерскую диссертацию по Тибету. С 1918 г. — профессор Историко-Филологического факультета, а с 1920 г. — Государственного Дальневосточного университета. В 1918 г. принимал участие в создании Дальневосточного отделения Института исследования Сибири во Владивостоке. С 1925 г. — профессор Ленинградского государственного университета, с 1933 г. — научный сотрудник, заведующий Отделом Института этнографии АН СССР. Доктор истории (1935), автор большого количества работ по истории и этнографии народов Дальнего Востока, Восточной и Юго-Восточной Азии, переводчик китайских источников на русский язык.

19. Арсеньев Владимир Клавдиевич (1872-1930) — русский советский исследователь Дальнего Востока, этнограф, писатель. Должен был участвовать в экспедиции С.М. Широкогорова, переписывался с ним, сам совершал экспедиционные поездки. Преподавал в средних и высших учебных заведениях Хабаровска и Владивостока, работал в музеях этих городов, собрал богатые этнографические коллекции, состоял во многих научных обществах, выступал с докладами и лекциями, автор работ по этнографии народов Дальнего Востока. Один из ярких зачинателей краеведческого направления в советской научно-художественной литературе, создатель таких популярных книг как «По Уссурийскому краю» (1921), «Дерсу Узала» (1923) и др.

20. Шмидт Петр Петрович (1869-1938) — российский и латвийский ученый, синолог, маньчжуровед, леттонист, лингвист, этнограф, фольклорист, религиевед. Обучался на факультете восточных языков Императорского Санкт-Петербургского университета (1892-1896), стажировался в Китае (1896-1898), профессор Восточного института (1899-1920) и Историко-Филологического факультета во Владивостоке (1918-1920). В 1902 г. защитил магистерскую диссертацию. В 1920-1938 гг. — профессор Латвийского университета в Риге. Автор большого количества работ по востоковедению и леттонистике.

21. Широкогоров С.М. О методах разработки антропологических материалов. Краткий разбор работы С.И. Руденко «Башкиры. Опыт этнологической монографии. Састь 1. Физический тип башкир» // Ученые записки Историко-Филологического факультета в г. Владивостоке. 1919. Ч. 1. Отд. П. Вып. 1. С. 3-20

22. Широкогоров С.М. Опыт исследования основ шаманства у тунгусов //Там же. 1919. Т. 1. Отд. 1. Вып. 1. С. 47-108

23. Радлов Василий Васильевич (1837-1918) — российский ученый, востоковед, историк, археолог, этнограф, музеевед. Академик Императорской АН (1884), директор Азиатского музея (1885-1890), директор Музея антропологии и этнографии (1894-1918), председатель Русского Комитета для изучения Средней и Восточной Азии (1903-1918). В.В. Радлов сыграл большую роль в судьбе С.М. Широкогорова. Узнав о смерти В.В. Радлова, С.М. Широкогоров посвятил его памяти некролог. См.: С. Ш [ирокогоров]. В.В. Радлов //Ученые записки Историко-Филологического факультета в г. Владивостоке. 1919. Т. 1. Отд. П. Вып. 1. С. 21-24

24. Широкогорова Е.Н. Северо-Западная Маньчжурия. (Географический очерк по данным маршрутных наблюдений) // Ученые записки Историко-филологического факульета в г. Владивостоке. 1919. Т. 1. Отд. 1. Вып. 1. С. 109-146. Приложение № 2. Схема маршрута. С. 150-155

25. Широкогоров С.М., Мерварт А.М. Отчет о деятельности Комитета по учреждению Историко-Филологического Факультета в г. Владивостоке за первую половину 1918-1919 академического года // Ученые записки Историко-Филологического факультета в г. Владивостоке. 1919. Т. 1. Отд. П. Вып. 1. С. 25-42

26. [Широкогоров С.М.] Государственный Дальневосточный университет в г. Владивостоке. (Проект) // Ученые записки Историко-Филологического факультета в г. Владивостоке. 1919. Т. 1. Отд. П. Вып. 2. с.23-59

27. С.М. Широкогоров в 1918-1919 академическом году на частном Историко-Филологическом факультете в г. Владивостоке читал курсы этнографии Сибири, археологии Сибири и истории России (ранний период) и вел практические занятия применительно к читаемым курсам.

28. В 1918-1919 гг. временно, для дополнительного заработка, С.М. Широкогоров состоял консультантом в одном из ведомств местного Министерства иностранных дел.

29. Конрад Николай Иосифович (1891-1970) — русский советский востоковед, филолог, историк культуры народов Китая, Японии и Кореи, этнограф. После окончания в 1912 г. факультета восточных языков Императорского Санкт-Петербургского университета и Практической Восточной Академии в 1914-1917 гг. совершенствовал свои знания в Японии и Корее. Профессор Ленинградского института живых восточных языков — Восточного Института и ЛГУ (с 1926 г.). Научный сотрудник Института востоковедения АН СССР (1931-1970). В 1938 г. был арестован по обвинению в шпионаже в пользу Японии, освобожден из лагеря в 1941 г. Составитель Большого Японо-русского словаря, ряда работ по истории культуры стран Восточной Азии.

30. Петри Бернгард Эдуардович (1884-1937) — российский советский археолог и этнограф. Обучался на естественно-математическом факультете Императорского Санкт-Петербургского университета (1906-1910), работал в Музее антропологии и этнографии (1910-1918), в Иркутском государственном университете (1918-1930), в Восточно-Сибирском облисполкоме и Восточносибирского отделении РГО. Арестован в мае 1937 г., осужден как агент германской и английской разведок и расстрелян 25 ноября 1937 г. Автор ряда работ по археологии и этнографии Восточной Сибири.

 
Электропочта shirokogorov@gmail.com
© 2009 - 2017